Саммит ШОС в Бишкеке едва не подорвали

Впервые за многие годы, как свидетельствует Аркадий Дубнов, на встречах лидеров шанхайской "шестерки" не звучали призывы бороться с американским империализмом и сионистским режимом.


По всем законам нумерологии, 13-й саммит ШОС, состоявшийся в пятницу 13 сентября 2013 года в столице Киргизии, имел все основания закончиться не слишком удачно. Как выяснилось, в Бишкеке были осведомлены об этом. Знающие люди поделились с автором сей важной информацией на следующий же день после его прибытия туда. Речь шла об обезвреживании террористической группы, имеющей сирийское происхождение, целью которой было устроить теракт в Бишкеке во время встречи лидеров Казахстана, Китая, Киргизии, России, Таджикистана и Узбекистана.

Относиться к этому серьезно, положа руку на сердце, было трудновато, киргизские чекисты, и это хорошо известно, — люди с воображением, любящие напоминать о своем существовании самыми различными способами. С другой стороны, необходимостью быть бдительным можно было объяснить запредельный уровень хаотического беспредела на бишкекских дорогах, который пережили жители киргизской столицы накануне саммита, когда туда съезжались высокие гости.

И нечего было бы удивляться необычно жесткому режиму столичной жизни вокруг единственного в городе пятизвездочного отеля "Hyatt", тотально "оккупированного" китайской делегацией, в составе которой насчитывалось 300 (!) сотрудников службы безопасности.

"Включаю телевизор и вижу Сирию, Сирию, Сирию…"

Однако когда 16 сентября госкомитет нацбезопасности Киргизии сообщил о задержании в конце августа в Оше диверсионной группы из так называемого "Союза исламского джихада" — два киргизских гражданина и один гражданин Казахстана, — "переброшенных из Сирии" для совершения диверсионно-террористических акций, пришлось признать: ну как было обойтись без оперативного усиления режима во время саммита?…

Не случайными выглядели философские размышления президента Узбекистана Ислама Каримова, которыми он делился на встрече с хозяином саммита, киргизским коллегой Алмазбеком Атамбаевым: "Когда я включаю телевизор, то я вижу Сирию, Сирию, Сирию, это говорит о том, что мир меняется, процесс глобализации не всегда идет в лучшую сторону".

Впрочем, вы же помните: "стабильности нет, террористы опять захватили самолет…" из оскароносного хита "Москва слезам не верит"? Это к тому, что в те годы и слова-то такого не знали, глобализация, а процесс уже пошел… Но, тут уже другая цитата, из Горбачева.

Все это к тому, что модная нынче в риторике "шанхайских" встреч китайская афористичность, с которой описывается основная задача ШОС, борьба против трех зол, — экстремизма, сепаратизма и терроризма, — остается практически бессмертной и востребованной от саммита к саммиту. И, конечно же, каждый саммит неизбежно провозглашается большим успехом в этой борьбе. Не стал исключением и нынешний — 13-й бишкекский.

Его хозяева, и их можно понять, особенно подчеркивают его "киргизский" акцент. Исключительной популярностью пользуются там слова, сказанные Алмазбеку Атамбаеву Владимиром Путиным: "…сам факт, что такое крупное международное мероприятие с участием такого большого количества стран и руководителей проводится именно здесь, под вашим руководством, говорит о росте авторитета Кыргызстана и росте вашего личного авторитета".

В этой связи вспоминаю, что когда в августе 2007 года Бишкек также принимал саммит ШОС, седьмой по счету, он был не менее успешным, чем нынешний, там было принято еще больше документов, чем сейчас, — восемь. Было там и больше президентов, тогда в столицу Киргизии пригласили даже президента Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедова, с которым многие лидеры хотели познакомиться лично, незадолго до этого он сменил внезапно скончавшегося Сапармурата Туркменбаши…

Понятное дело, что вспоминать сегодня тот прошлый, шестилетней давности бишкекский бенефис, — ведь тогда президентом Киргизии был Курманбек Бакиев, смещенный в результате апрельских событий 2010 года и бесславно закончивший свою карьеру в образе государственного преступника — что называется, не комильфо… Сейчас стоит другая задача — повышать авторитет нового президента Киргизии, и все его соседи и коллеги, в меру своих возможностей и желания, этому способствуют. Следует учесть при этом и "восточную" особенность "шанхайского духа", которым пронизаны саммиты ШОС: там вслух не принято говорить резкие слова, сыпать упреки и делиться подозрениями.

За одним исключением. В последние годы этим отличался экс-президент Ирана Махмуд Ахмадинежад, представлявший страну-наблюдателя в ШОС. Его спичи в кругу "шанхайского" клуба всегда были на редкость экспрессивны и ожидались с опаской. Немудрено, — каждый раз он обрушивался с гневными проклятиями в адрес американского империализма и сионистского режима (упоминания Государства Израиль г-н Ахмадинежад старательно избегал — А.Д.), что вызывал смущение у ряда участников.

Председатель Си — главный меценат Центральной Азии

На этот раз ничего такого не случилось. И это можно было считать одной из ожидаемых особенностей бишкекского саммита, он стал международной премьерой Хасана Роухани, избранного в июне этого года новым президентом Ирана. Считающийся реформатором 64-летний Роухани не обманул ожиданий, скандальных высказываний постарался избежать и послал из Бишкека миру многозначительный месседж. Он пообещал дать гарантии мирного характера иранской ядерной программы, причем, при наличии взаимного доверия, в короткий срок.

Другой премьерой, гораздо более значимой для саммита ШОС, стало первое участие в нем нового председателя Китая Си Цзиньпина. Бишкек стал конечной точкой его большого евразийского турне, в ходе которого он посетил Россию, Туркмению, Узбекистан и Казахстан. Обещания десятков миллиардов долларов инвестиций были оставлены им по центральноазиатскому маршруту. Действительно, цифры в 30 миллиардов для Казахстана, 15 миллиардов для Узбекистана, 6 миллиардов для Киргизии, планы строительства новых линий газопровода из Туркмении в Китай не могут не завораживать. Но все это в будущем, скажем, "киргизские" миллиарды включают в себя доходы от транзита туркменского газа через 226-километровый киргизский участок трубы в предстоящие тридцать лет…

Тем не менее, председатель Си выглядел на саммите главным меценатом региона. Знающие стиль и характер нового китайского руководителя китаисты утверждают, что его отличают от предшественников дипломатичная политкорректность и политическая умеренность, мол, он не станет выпячивать роль Поднебесной в экономическом облагодетельствовании региона и будет стараться подчеркивать, что Пекин прилагает такие усилия совместно с Москвой. И все же китайская экономическая экспансия в Центральную Азию становится столь очевидной, что в регионе задаются вопросами и не скрывают беспокойства. Мол, что этому противопоставит Россия, и какими будут политические последствия "китайского марша"? Не станет ли это прелюдией некоего аншлюса или, по меньшей мере, отщипывания Пекином "в счет долга" территорий пограничных с Китаем стран?

Проще всего на один из этих вопросов ответить ассиметрично: Россия не собирается конкурировать с Китаем в финансовом отношении, у нее нет таких возможностей. Примером тому является многолетнее "бодание" Москвы и Пекина по вопросу создания Банка развития ШОС, в который китайцы обещают вложить 10 миллиардов долларов. На саммите в Бишкеке все центральноазиатские лидеры поддержали китайскую инициативу, и только Путин промолчал. Причина этого давно и ни для кого не является секретом: Москва не может быть равным партнером Пекина в Банке развития, а другие условия ее не устраивают…

В Москве не без оснований считают, что у нее есть другие инструменты контроля над странами Центральной Азии. В первую очередь военно-политические — гарантии безопасности через механизмы ОДКБ. Не говоря уже об историческом, культурном и языковом аспектах влияния. Недаром так много внимания ныне в Москве уделяется восстановлению образования на русском языке в этом регионе. А еще миллионы трудовых мигрантов из Центральной Азии, поддерживающих на плаву своими переводами не только свои семьи, но и казну своих стран, а также демпфирующие самим фактом своего отсутствия на родине нарастание там социальных кризисов…

Американо-китайского альянса пока не будет

Возможно, есть и еще один аспект отношений между Москвой и Пекином, если смотреть на них через призму их участия в ШОС, где все больше, как считают многие, разворачивается их сражение за Центральную Азию. Китай, как утверждают весьма тонкие его знатоки, несмотря на все свое растущее могущество, не может рисковать утратой своего единственного геополитического союзника на Дальнем Востоке — России. Ведь там, на тихоокеанских просторах, у Поднебесной есть только в лучшем случае, оппоненты — Япония, Южная Корея, Австралия… Мало кто обращает внимание, что в последние годы Россия и Китай регулярно проводят совместные военно-морские учения в Восточно-Китайском море…

В нынешней ситуации, когда экономические "весовые коэффициенты" Москвы и Пекина в Центральной Азии не слишком равны, их не слишком видимые миру линии взаимного напряжения в регионе могут быть ослаблены их согласием по сирийскому вопросу. Именно это и было продемонстрировано на саммите в Бишкеке. "Сирийские" формулировки его итоговой декларации полностью отвечали российскому взгляду на ситуацию. Именно это было чрезвычайно важно для Путина, сделавшего решение сирийского конфликта по российскому рецепту главным стержнем своего выступления в Бишкеке.

Нынче, когда брутальный имидж американского Белого дома в результате его "сирийской" тактики заметно скукожился, в Кремле могут забыть на некоторое время свои опасения относительно возможности создания суперблока двух мировых держав, США и Китая, идеей создания которого несколько лет назад в ходе своего визита в Пекин делилась с китайским руководством бывший госсекретарь США Хилари Клинтон. В Поднебесной, как утверждают, отнеслись к этому скептически, усмотрев стремление Вашингтона отвести Пекину роль младшего партнера. Китайцы видят себя только равными партнерами с американцами…

Танки для "въезда во власть" не забываются

РФ рассчитывает сохранить дружбу с Афганистаном после выборов в 2014 г
Сегодня гораздо более важным представляется еще один аспект российско-китайского взаимопонимания, к которому обе стороны (возможно, Москва даже больше) должны стремиться. Речь идет о том уровне ответственности, который захотят и смогут взять на себя в Пекине за обеспечение безопасности в регионе после вывода из Афганистана в 2014 году большей части американских военных контингентов. К этому китайское руководство может вынудить растущее присутствие китайского капитала в Афганистане.

По сравнению с этими глобальными заботами уже не столь важными кажутся некоторые "тараканы" во взаимных отношениях между некоторыми странами Центральной Азии, следы которых иногда обнаруживались в публичной риторике на бишкекском саммите. Так, многие наблюдатели обратили внимание на последние слова в выступлении президента Узбекистана Ислама Каримова. Он пожелал своему таджикскому коллеге Эмомали Рахмону, заступающему на пост очередного председательствующего в ШОС, "показать себя с самой лучшей стороны"… Сложные отношения между лидерами двух соседних стран, один из которых не устает напоминать другому, "на чьем танке он въехал" во власть больше двадцати лет назад, выразились на этом саммите в том, что в нарушение алфавитного порядка на церемонии фотографирования, они были разведены по разные стороны обшей расстановки.

Но на эти протокольные детали уже и внимания не обращают. Привыкли…

Аркадий Дубнов, спецкор "Московских новостей", для РИА Новости.



РИА Новости